27.07.18: Шоу маст гоу он

Заседание прошло в обычной канве: весь день прокурор пытался вытащить из свидетеля Балакирева то, что было записано в протоколе допроса, но получалось плохо: свидетель упорно отказывался говорить нужную обвинению неправду. Четыре часа ушло на то, чтобы свидетель подтвердил, что протокол его допроса записан неверно, искажён следователем и в силу размытости формулировок с трудом может быть понят при оглашении.

Особенно порадовала тактика следователя при формулирование вопросов: сначала минуту формулируется некое утверждение («Вы, заведомо зная о том, что обвиняемыми готовится преступление…, были готовы в нём участвовать и помогать советами…»), а потом задаётся вопрос, исключающий ненужный ответ: («Вы добровольно отказались от совершения преступления?»). Ответ интерпретируется как «Свидетель знал о том, что обвиняемыми готовится преступление». И это — не искусство формулировок, это — пример того, с чем приходится работать. У Карлсона на это был хороший пример, адресованный фрекен Бок: » Ты перестала пить коньяк по утрам?»

Вторым поводом задуматься стало внезапное исчезновение из числа недопредставителей лжепотерпевшего адвоката Натальи Макаренко. Она, по-моему, единственная из всей «обвинительной гоп-команды», хотя бы краснела, когда говорила неправду и старалась избегать юридически безграмотных сентенций. Для остальной гоп-команды (адвоката А.В.Блатова, про которого не знает его собственная коллегия, и меняющихся, как куры на убойном конвейере, нежно-голубых прокуроров) такие фразы как » хищение права» и «приговором установлено право собственности» вообще являются нормой жизни и не вызывают никакого диссонанса в организме. Наталья Николаевна была, наверное, самым профессиональным юристом из всей этой команды. Надеемся, что её уход связан с нежеланием продолжать ту буффонаду, в который ей пришлось участвовать.

Вместе с тем, она вела (не участвовала, а именно вела!) это дело более двух лет: в мае 2016 года в деле уже было «постановление о квалификации», родить которое сам следователь не смог бы. И именно с её участием рассматривались все дела о мере пресечения в отношении обвиняемых. Именно тогда мне стало первый раз непонятно, как человек, которому обвиняемые ничего, в общем-то, не сделали, требует держать их под стражей просто потому, что этого требует тот, кто платит… Удивительно, как можно задавить деньгами собственную совесть.

Если желать г-же Макаренко справедливости, то, по хорошему, нужно было бы пожелать ей два года носить передачи её детям в СИЗО с тем чувством беспомощности, с которым это пришлось делать родным и близким обвиняемых. Однако не будем этого делать. Пожелаем ей — да и всем участникам нашего шапито — справедливого воздаяния за сделанное. Мы, защитники, за свои дела отвечаем репутацией и деньгами. Обвинение репутации не имеет…

Следующее заседание — 03 июля 2018 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *